Если посмотреть на это своим взглядом, то творчество стоит гораздо выше искусства, хотя это и абсолютно разные сентенции, все же одно вытекает из другого для его определения. Но в начале всегда идет творчество, а искусство — это иллюзорное институциональное, которое просто сообщает, по какой траектории должно двигаться творчество, чтобы быть искусством.

Живопись БЫЛА очередным – основным - инструментом, поскольку создавалась новая история и нужно было производить много свидетельств эпохи. Поэтому живопись прогрессировала очень быстро. Живопись - это заключительный носитель эпохи, не соотносящейся с нашей. Инструмент другой цивилизации. И последний инструмент из множеств других, более нам недоступных, для реализации себя в творчестве. Следующими на очереди станут КИНЕМАТОГРАФ и ФОТОГРАФИЯ" и.тд...

Есть такой нарратив: Я не художник! И знаете почему?

Да потому, что это понятие девальвировано, оно больше ничего не значит.

Важно иногда переосмысливать фундаментальные вещи. А что делаете вы?

— Вы копируете КА Р ТИ Н КИ   * «и. т.д.»

Искусство в целом само по себе не способно развивать сторонние вещи, способные влиять на жизнь людей, такие как устройство быта, образование, воспитание, технологии, коммуникацию. Искусство развивает только само себя, что пагубно влияет на людей, поглощённых своим вниманием к нему.                                       

Если человек думает, что картинка и есть результат его деятельности как художника — это главный маркер его бессознательности. Началом такого действия и является отказ от бессознательного. Действие в сторону чистого творчества.

Он растворил форму для вас, ХУДОЖНИКИ, явив новый НУЛЬ!

Тот путь, который он указал нам, уже за гранью формы, предметного и самой натуры. Мысль и творение себя через смыслы - и есть следующий этап нашего творчества, а не искусственное и постискусственное.

Сейчас, как и всегда, творчество стоит выше искусства!

Творчество не существует само по себе, оно призвано менять сущности, без бдительного взаимодействия со зрителем мы получаем ремесло или же акт производства, а не творения. В итоге художник остается у разбитого корыта, теряя всякие навыки создавать, превращаясь в машину по производству вещей.

Теперь вас ждут творческие муки, переживания — это трудное испытание, но оно совершенно необходимо каждому новому художнику, чтобы обрести сознание, в котором он больше не производитель картинок, или чего бы то ни было материального, теперь художник — это творец осознанных действий.

Сейчас ответственность за новое уже не лежит на художнике-новаторе, как на единственном знающем цену собственного произведения.

Система взаимодействия для получения ответов, прежде чем делать какие-то выводы — как основа творческой работы – «запрос-ответ», что совершенно исчерпала в себе современная «художественная среда» - общество. Упростилось само понятие «художник» - человек!

Воля человека — в стремлении к тому, чтобы стать художником и научиться созидать в глобальном масштабе, не запирая себя в рамки институций, в создании которых мы не участвовали никогда. Люди, происхождение которых нам объясняют те, кто сами не знают, кем являются.

Открыто значение термина «паттерн» в контексте нового творческого мышления:

"Паттерн – это действие, обесценивающее опыт".

Сегодня зрителю плевать на новое, он не хочет анализировать, сопоставлять. Он хочет получить свою славу быстро, сейчас, как и художник.

Люди, играючи, натягивают на себя образ «художника», истинно веря в то, что нечто похожее по форме сделает их таковыми.

Так просто?

Хочется вспомнить одного художника, вспомним Бойса, например, он - к искусству никакого отношения не имеет!

Этот слоган говорит о том, что сегодня все, чем владеет человек в своём понимании мира, не связано с его местоположением и положением в целом. Сознание, сводящее мысли в конечный продукт, играет с ним злую шутку, не выбрасывая его за пределы человека, влияющего на ход прошлого, где он сам есть только предмет.

Например, идея воспринимать физические произведения как конечный результат творческой деятельности человека так же абсурдна в нашем сегодняшнем понимании, как и то количество времени, которое требуется на вычисления, для определения того, кто или что стоит за конкретными вещами.

Не работающий, в самом широком смысле человек, получивший свободу в своем самоопределении, и есть тот самый нехудожник, - человек безрадостный и глупый.

В конечном счете самое важное — те последствия, которые влечёт за собой такая деятельность. То действие, которое оказывает такая деятельность на среду. Результатом как целью художника должна стать осознанность и осознанное, а не бессознательное действие, как в большинстве случаев.

Дедернизм — это индивидуальное восприятие смысла, тождественное современному понятию «искусство», только не как абстрактный общественный вывод взаимодействия со средой, в таком порядке: Зритель-Человек — Человек-Творец.

Сначала вас приманит цвет, образ затем, свет, тень, затем форма, но нужно все увереннее погружаться в среду.

Понимай! Пропускай! Игнорируй!Воспринимай!

Я искусством считаю то, что отражает истинный образ человека в его сущности как творца-подражателя, и может соотноситься с ним только на основании его личности, без личности нет ни момента обличения ни произведения — ни художника и тем более ИСКУССтва.

Любое собственное определение будет пересекаться с уже устоявшейся формулой дифференциации, которая привязана к визуально-смысловой структуре, доказанной и утвержденной институцией под названием искусство.

Что есть ИСКУССТВО сегодня?

Чистое творчество: идея самоопределения зрителя в творчестве - это первое, без чего формула чистого творчества не работает. Тотальная художественная идея «запрос-ответ», ставящая понятие паттерного и репликативного искусства вне закона - в контексте этого самоопределения.

Идущий на рынок „художник“ навсегда забывает свое предназначение и останавливает свой поиск и развитие.

В самом начале процесса разрушения мы можем посмотреть, как работает новая художественная, а точнее творческая модель самоопределения художника через чистое творчество. Именно за этим мы и сделали свою экспериментальную лабораторию на данном

«рынке».

Грядущему посвящается и художникам в названном времени!

Художнику отведена роль особая, но отнюдь не самая главная, если говорить об устройстве Мiра. Именно в этом и есть основная концепция дедернизма: в отработке сообщений, пусть даже незначительных.

Мы говорим именно о том, что искусство как феномен, ставящий культуру на поток, с конвейера, исчерпал себя.

Такое отношение к своему отчуждению не влечет ли девальвацию самого понятия «художник» и всего, с этим связанного?

(ред. от сегодня семнадцатое февраля этого года девятнадцатого)

Когда удается врезать свой концепт в бытность — в моменте, то это лишь доказывает степень развитости сферы, а не только талант художника, потому что у Художника нет никакого таланта, он просто живет. Учитывая веления собственного духа.

Искусство не может повлиять на Мiр никак, влияет только творчество и мнение на это творчество людей, не привязанных к концепции искусство. Творчество присуще только тем людям, которые стремятся менять суть вещей, — дедернистам, в остальном же это «художники» от искусства.

Малевич нам объяснил, что настал тот самый переход от понимания предмета в предмете, он выступал за мыслеформу, где предмет больше не является тем, чем являлся раньше для чувств.

Реакция — вот еще один момент, составляющий понятие дедернизм, отсутствие реакции есть показатель правильности направления в искусстве сейчас. Но отсутствие реакции — это смерть истинного художника, и зритель этого не понимает, как должен понимать, если сам хочет быть, а не казаться.

Концептуальная проявка требует участия сферы, — той недостающей части общей мысли, которая является главным аспектом обнаружения чего-то нового, обладающего смыслом и имеющего значение.

Нет ДУШИ в том, что образует характер индивида, формирующего общий срез общества, в котором он строит свои планы на будущее. Это ли не есть суть ДУШИ? Человек перестал чувствовать!

Истина искусства не в трансляции совокупности узнаваемого, а в отожествлении с непонятным отчетливым выражением невиданного, в моем понятии это оригинал.

Знание о природе и мiре через сегментарный искусственный опыт дало возможность определить для человека следующее художественное направление. Тот, кто был художником в широком смысле всегда, становится творцом. Речь идет о том, что изобразительное искусство как целый пласт художественной деятельности человека переходит в класс дизайна и несет отныне чисто утилитарную функцию, более не определяя человека как художника.

Художнику не обязан быть великим как идол, а уж тем более неудачником, который не смог донести свое до зрителя. Он должен быть единицей в цепочке зритель-творец—художник-творец.

Процессы, которыми зритель пренебрегает, и есть искусство творения. 

И самое страшное, что к этому зритель склонил художника!

"А почему вы считаете, что вы можете трогать искусство?"

"Искусство", есть медиум невежества!

Как ты к этому отнесешься, дорогой «художник»?

В конечном счете самое важное — те последствия, которые влечёт за собой такая деятельность. То действие, которое оказывает такая деятельность на среду. Результатом как целью ХУДОЖНИКА, наконец, должна стать ОСОЗНАННОСТЬ и осознанное, а не бессознательное действие, как в большинстве случаев сейчас.

Результатом работы художника является не частное произведение, как объект музейного экспонирования, а весь Мiр. Каков Мiр вокруг, таков и художник.

Искусство больше за это не отвечает! ДЕДЕРНИЗМ – это как методичка нового, свободного взаимоотношения между всеми новыми художниками, то есть, людьми, Ищущими Свой Путь Для Всех, так как они сами и есть свое творение. Это многое значит для настоящего!

ОСОЗНАННОСТЬ

ВВОДНАЯ ЧАСТЬ В ИДЕЮ о ДЕДЕРНИЗМЕ

БУДУЩИМ ТВОРЦАМ ПОСВЯЩАЕТСЯ!

Почему сейчас искусство не является медиумом истины?

Потому что истина искусства не в трансляции совокупности узнаваемого, а в отожествлении с непонятным отчетливым выражением невиданного, в моем понятии это оригинал.

Сейчас истина перевернута, т.е. искусство — это что-то узнаваемое и имеет четкие координаты в памяти индивида. Движителем этой идиомы является зритель, именно в нем причина того, что искусство теряет все больше и больше своей самости. Теперь оно вынуждено принимать извращенные формы, для того чтобы как можно быстрее соприкоснуться с мнением зрителя.

Творцу сейчас некогда рассуждать над тем, сколько нужно времени, пока его искусство впитается, и какие меры для этого нужны. Ему нужно, чтобы его видели и понимали, чтобы как можно быстрее стать известным, и это петля нынешнего времени. Главным определителем в этом выступает зритель. Именно он задает темп понятий, что есть «хорошо», что есть «плохо», что есть «искусство», а что им не является. При этом он не несет никакой ответственности в своих решениях, так как пользуется нативными координатами для выбора в пользу того или иного объекта. Вот почему искусство — это индикатор невежества.

Сейчас ответственность за новое уже не лежит на художнике-новаторе, как на единственном знающем цену собственного произведения. Сейчас это коллективный момент, где мнение зрителя компетентно. Сейчас никто не хочет работать над чем-то новым, делать что-то непохожее в силу того, что информация стала доступна и скорость ее распространения так велика, что новому все сложнее встраиваться в контекст информационного потребления.

Сегодня зрителю плевать на новое, он не хочет анализировать, сопоставлять. Он хочет получить свою славу быстро, сейчас, как и художник. Не видит, не может видеть, так как отказывается тратить на это свое время, не пытается понять, и тем самым стать соавтором, творческой единицей, без которой суть творчества вырвана. Ведь процессы, которыми зритель пренебрегает, и есть искусство творения. И самое страшное, что к этому зритель склонил и художника.

Творчество не существует само по себе, оно призвано менять сущности, без бдительного взаимодействия со зрителем мы получаем ремесло или же акт производства, а не творения. В итоге художник остается у разбитого корыта, теряя всякие навыки создавать, превращаясь в машину по производству вещей.

Если концептуально переложить ответственность за этот момент на зрителя, когда любая попытка создать ту же вещь будет отвергнута еще на старте, тогда сам художник задумается над собственным порывом, будет закладывать больше времени на вопрос «куда направить свою энергию». Я думаю, это сейчас возможно и даже необходимо, чтобы расставить все приоритеты в эпоху бешеной скорости производства. Чтобы сам зритель стыдился своего выбора, когда отдает предпочтения репликациям и «паттерному» искусству, чтобы у масс выработалась позиция на нерадивого художника, пытающегося выдать чужое за свое. И так во всем.

Я искусством считаю то, что отражает истинный образ человека в его сущности как творца-подражателя, и может соотноситься с ним только на основании его личности, без личности нет ни момента обличения ни произведения — ни художника и тем более ИСКУССтва. От этого чувства может тошнить и даже наступает злость или ненависть, но это временные явления, когда все встает на место, мой разум очищается, переходит еще на одну ступень выше. И отбрасывает ненужные желания, показывая, что нужно начинать мыслить именно с этой ступени. Это то, что делает меня менее формальным к природе.

Что есть истина в искусстве, его прорыв? Истина в искусстве — это его отсутствие т.е. чем меньше произведение совокупляют с понятием «искусство» в его зародыше, тем вероятнее это больше искусство, а точнее — творчество, голое искусство без физиологических признаков. Если посмотреть на это своим взглядом, то творчество стоит гораздо выше искусства, хотя это и абсолютно разные сентенции, все же одно вытекает из другого для его определения. Но в начале всегда идет творчество, а искусство — это иллюзорное институциональное, которое просто сообщает, по какой траектории должно двигаться творчество, чтобы быть искусством. Но это так, пока у зрителя есть мнение, построенное на тождественных идиомах. Пока его мнение не основано на личной ответственности в понятиях творчества. Как только зритель станет творцом своего мнения, как только он своим мнением будет назначать траекторию, необходимую творцу, ограждая его от необходимости повторять, как только он начнет поставлять идеи своими суждениями художнику, то… Понятие «искусство» иссякнет, и истина возникнет, пусть даже на один краткий момент. Этого момента достаточно для появления нового.

Это и есть дедернизм.

Чем сложнее система координирования понятий, тем невозможнее статичность в понятиях «что есть искусство, а что — нет», творчеству это не нужно.

Искусство в принципе не может быть медиумом истины, никогда, так как имеет слишком неповоротливую субстанцию. Она ускользающая и нематериальная, очень подвижная и постоянно развивающаяся. И если механизм познания слабый и со временем не развивается — наступает залипание по типу «дня сурка», при котором общие процессы не останавливаются и разум теряет способность быть, потому как потерялся в репликациях собственного сознания.

Когда зритель голосует за что-то, выбирая именно то, что понял он сам, тогда наступает прорыв, и именно тогда система обнуляется, освобождает место новому, а не зависает на распространенном мнении «что есть искусство». Человечество всегда все хочет свести к нормам, чтобы уметь контролировать, так как в системе всегда есть понятия и величины неизменяемые, образующие эту систему, на которые проще нанизывать факты. Но творчество не нуждается в «паттерной» системе искусства, коей последнее сейчас является.

Искусство не может повлиять на Мiр никак, влияет только творчество и мнение на это творчество людей, не привязанных к концепции искусство. Творчество присуще только тем людям, которые стремятся менять суть вещей, — «дедернистам » , в остальном же это «художники» от искусства.

Именно искусство с его ложной истинностью сейчас подменяет понятия о самом себе, фальсифицируя прошлое. И выживать ему не нужно, вообще нет необходимости в сохранении этого понятия, как такового. Конечно можно попытаться трансформировать его, но кто это будет делать? Снова некие люди со сложившимся стереотипным мнением?

На мой взгляд, возникновение понятия СОВРЕМЕННОЕ ИСКУССТВО — это кончик уже обуглившейся спички, там, где еще осталось дерево. Именно современное искусство, как конец рефлексии обратной к творчеству и к конкретному зрителю в своем индивидуальном воплощении жаждущего только своего, и есть истина на сегодняшний день, но и она ущербна, так как имеет схожую оценочную основу.

Зритель перед произведением сейчас важнее, чем его создатель. Зритель сейчас должен разделить участь творца, стать творцом, а не предвзятым зомби, начитавшимся умных книжек или же пытающемся создать мнение о себе, говоря об истинах искусства. Так как тем самым он разрывает эти два понятия: «произведение» и «творец».

Конечно, искусство сейчас не может быть независимым. Оно таково, потому что извергает потоки мнений о себе самом, апеллируя к авторам, несуществующим физически, или же к тем, кто основывается на их произведениях, тем самым обходя пресловутую истину. Нужно искусство перевести в искусственность, чем оно и является априори.

Если одно произведение так впитывается в сознание индивида, что меняет его мышление и мировоззрение, как будто создано именно для него одного, то, в свою очередь, этот человек, впечатленный произведением, может быть сможет поменять своими дальнейшими действиями формы, которые напрямую работают с бытностью. Поменять то, с чем мы сталкиваемся в нашей жизни, то, из чего состоит наш общий Мiр. Ведь суть именно во взглядах индивида как личности, а не во взгляде толпы, в конечном счете.

По сути, Мiру и не нужно мнение толпы, Мiру необходимо четкое уверенное мнение индивида, находящегося на своем месте и распространяющего свою экзистенциальную точку зрения на то, чем он занимается. Т.е. владеющего понятием творчества, которое проистекает из личного мнения на суть вещей, через опыт жизни, вне зависимости от конфессий и институций. Поэтому дедернизм — это индивидуальное восприятие смысла, тождественное современному понятию «искусство», только не как абстрактный общественный вывод взаимодействия со средой, в таком порядке: Зритель-Человек — Человек-Творец.

Человек-Творец не должен стремиться к выражению знакомым языком, он не должен говорить вообще, только намерения, только идея его личного восприятия должна искать выход в формах его творчества. Задача же Зрителя-Человека расшифровать эти послания и испытать эстетический экстаз, эмоциональный, духовный и никогда не быть снова на этом самом месте. Искусство не может дать человеку испытать этот экстаз трансформации как минимум дважды, так как сдвинуться дальше своих временных границ оно просто не в состоянии. Искусство наделило людей страхом перед собственным величием и страхом забвения перед ним же. Искусство слишком наивная форма поощрения человека, в том смысле, в котором можно представить несчастного покинутого всеми старика, уповающего чтобы совершенные им гнусности, оправдались старостью, тот самый *банан-идол, перед которым поклонялись поколения, даже не понимая почему и зачем они это делают.

Но чтобы Человек-Творец так же получал разносторонний, не искусственный, экстаз самореализации, его «зритель» (с полной ответственностью за собственное уничтожение) должен четко давать ему понять, почему он ему подходит как творец, или же не подходит, экстаз от разочарования идентичен с экстазом отождествления: и то и другое заставляет двигаться дальше или же останавливает процесс, поэтому тут нет никакой разницы, что именно происходит, и какая реакция идет, но она должна быть. Реакция отражает уровень взглядов окружающих, этого не нужно бояться. Так как не зная свой настоящий уровень нереально двигаться дальше.

Реакция — вот еще один момент, составляющий понятие дедернизм, отсутствие реакции есть показатель правильности направления в «искусстве» сейчас. Но отсутствие реакции — это смерть истинного Художника, и зритель этого не понимает, как должен понимать сейчас, если сам хочет быть, а не казаться. Реакции заслуживают только те произведения и их подельники, которые наделены «паттерными» свойствами или же репликативными сентенциями (как собственно и есть сегодня). Реакция должна быть, но карающая, как и самого зрителя зрителем, пытающегося синтезировать положительное мнение на этот счет. Это и есть ответственность по отношению к мнению на счет объекта без свойств к изменению той или иной сути вещей. Его реакция — это не поощрение. Это работа.

Самое тяжелое в искусстве всегда и на сегодняшний день — это отрицание истины из–за ее непохожести. В дедернизме это невозможно, так как всегда Произведение, готовое зайти к зрителю, не содержит мотивов или координат известных ему. А если концепция произведения содержит момент «паттерного» творчества, тогда именно зритель должен разрушить личность «художника», а не превознести его, как происходит сегодня, 05.02.2019.

Когда художник сам перестанет понимать, что именно он делает, начнет боятся своего произведения, и только в системе со зрителем понимание будет достигнуто, тогда и наступит истина в делах его и смысл замысла оправдается. (к слову — Это касается
«ХУДОЖНИКА» начального уровня ).

Пара слов о том; кто поистине понимает альтернативу, разбирается в ней, реально пользуется новыми знаниями, отождествляя себя с Мiром через познания.

Такой индивид уже не может быть просто винтиком ИСКУССтвенной системы, он продолжает свое видение в жизнь, в реальную жизнь, как творец Мiра в сотворчестве. Не художник творит Мiр, а видящий человек и понимающий то, что делает художник. Художнику отведена роль особая, но отнюдь не самая главная, если говорить об устройстве Мiра. Именно в этом и есть основная концепция дедернизма: в отработке сообщений, пусть даже незначительных.

Художник не обязан быть великим как идол, а уж тем более неудачником, который не смог донести свое до зрителя. Он должен быть единицей в цепочке зритель-творец—художник-творец.

Результатом работы художника является не частное произведение, как объект музейного экспонирования, а весь Мiр. Каков Мiр вокруг, таков и Художник. Попытки перестать соотносить себя с Мiром или превозносить себя над ним за счет «паттерного» искусства — это глупое занятие, скорее всего болезненное и ущербное для любого человека. «Не Мiр говно, а я говно», — так должен думать зритель, когда видит у себя на стене копию какого-то ни было произведения, защищенного институцией искусства, и только поэтому восхищающего.

В заключение: нужно быть готовым ответить, почему ты выбрал это новое, в чем оно новое, и как оно работает. Этого «смотрящий» (понятие соотносящееся с созиданием, но в контексте общего понимания Жизни Индивидом) не делал никогда, этим занимался художник единолично без надежды на понимание, так как в этом случае отсутствует объективная цепочка из хотя бы 2 личностей, а субъективное в этом материальном мире ПРАКТИчески не имеет шансов на выживание.

P. S.

Удачной попыткой развести нерадивого зрителя является рэди-мэйд и сюрреализм вместе с ним, эта попытка удалась. Это показалось бессилие художника перед все нарастающим стадом всезнающего безапелляционного мнения толпы, ведомой искусством, сминающим все новое и кончающим на изображения «МОНО» Лизы из крекера, считая это искусством.

Но больше этого нельзя допустить, такого прогиба. Нужно остановить производство, прекратить художника и найти его снова. Это может сделать новый виток понимания творчества!

.

.

.

«Массы — это матрица, из которой в настоящий момент всякое привычное отношение к произведениям искусства выходит перерожденным.»

В. Беньямин.
1892 г.

Лучше не сказанешь, только «массы» обновить до Мiра!!!

ИлИ так:
«Мiр — это самостийный разум, из которого в настоящий момент всякое привычное отношение к произведениям «искусства» и ЧелоВЕКАМ выходит перерожденным».

.

.

.

DEDERNIZM2017

#текста 01И8371АЙ2ИЗ

Текст пришел 01 мыт 3927 г.

@sashazori

Ред. 27.07.19

ДЕДЕРНИЗМ

ОТЧЕТ О МЕРОПРИЯТИИ ПО ПРЕДСТАВЛЕНИЮ ПУБЛИКЕ
НОВОГО СЛОВА  В ТВОРЧЕСТВЕ НА ПРИНТ-МАРКЕТЕ 2018
БЫЛО НАПИСАНО СЛОВО


«ДЕДЕРНИЗМ».

ДЕНЬ №1

Попытка сделать выводы о том, чем занимаются люди, называющие себя художниками.

Анализ глубины их понимания такой деятельности.

Первый день мы начали с того, что собрали фотографическую композицию, которая и стала нашим рабочим местом до конца дня.

Церемония по закреплению пространства выглядела со стороны весьма загадочно, как нам позже рассказали. Не менее странным на фоне всего происходящего оказалось и то, что мы пришли не продавать, а провоцировать людей задавать вопросы не праздного характера. Хотелось подталкивать людей к мысли о понимании искусства настоящего времени.

Когда время общения пришло, люди начали подходить с вопросами о том, что здесь будет происходить. Мы отвечали: «тут будет представлено новое слово, мы будем проявлять его смысл в новый тезис тотальной творческой осознанности».

Вести себя хотелось максимально просто и открыто, тактично и без критики в сторону людей. Так как понимали, что «монастырь» хоть и наш, форма открытой критики в данном случае не уместна.

День был разбит на два периода: первый — привыкания к месту и выстраивания рабочего пространства, второй — для общения с теми, кто пришел сюда с работами. Решено было гулять, как праздно шатающиеся зеваки, погружаясь в реминисценцию. Подходили общаться к тому, кто явно выводил на разговор по той или иной причине.

Сначала мы выбирали тех, кто начисто копировал чьи-то произведения. Например, подойдя к девушке, которая продавала свои работы, причем работы я не буду описывать поскольку ответ на вопрос снимает необходимость в этом, мы спросили, может ли она рассказать что-то про свой товар, есть ли какая-то идея, зачем ей это нужно. Внятного ответа не последовало, как всегда бывает в таких обстоятельствах.

По мере того как мы погружались в контекст такого длительного общения, нарастало ощущение сомнения в том, сможем ли найти хоть кого-то, кто мог бы хоть как-нибудь объяснить, почему он сюда пришел (кроме того, что он хочет все это продать, и что он художник).

При такой пустоте смыслов можно ли говорить о том, чтобы представить то, что ты делаешь? Это невозможно! Одно исключает другое!

Например, идея воспринимать физические произведения как конечный результат творческой деятельности человека ТАК ЖЕ абсурдна в нашем сегодняшнем понимании, как и то количество времени, которое требуется на вычисления, для определения того, кто или что стоит за конкретными вещами. Я лично приветствую идею «концептуальной проявки» — время, необходимое на данную процедуру, больше не требуется в таком объеме, как раньше. Произведения нас интересуют в меньшей степени, поскольку это больше не является основным маркером деятельности Художника.

Картинка может быть визуальным тренажером или чем-то вроде паззла вашего мышления, притягивающим первичное внимание для того, чтобы начать взаимодействовать. Некая форма начальной коммуникации. Но основным направлением в деятельности человека есть художник. И всё, что с ним взаимодействует, и то, с чем взаимодействует он сам, ЧТО он выражает в целом, вместе с побочным продуктом своей творческой жизнедеятельности в виде картинок и. т.д.

                                

В конечном счете самое важное — те последствия, которые влечёт за собой такая деятельность. То действие, которое оказывает такая деятельность на среду. Результатом как целью ХУДОЖНИКА, наконец, должна стать ОСОЗНАННОСТЬ и осознанное, а не бессознательное действие, как в большинстве случаев сейчас. Если человек думает, что картинка и есть результат его деятельности как художника — это главный маркер его бессознательности. Началом такого действия и является отказ от бессознательного. Действие в сторону чистого творчества.

Относительно действительности. Любая мыслительная творческая работа начинается с образов, так мыслит человек, попытка отразить эти образы, зафиксировать их, и есть картинка будущего действия. Но, то средство выражения, которым наполняли свои произведения Художники В ОБЩЕМ, более недоступно нам. Например, пародировать природу в её духовной части, переводя этот образ в визуальный, так как технологии передачи информации изменились, и средство самой фиксации тоже изменились, ровно, как и скорость потока визуальной информации. Самое главное тут — это пройдённый опыт, который нет никакой необходимости пытаться принимать снова — он есть, он был, он будет.

Так же, как и когда-то понятие «художник» сузилось до формата живописца, сегодня это понятие расширяется, расширяется

прямо сейчас.

Знание о природе и мире через сегментарный искусственный опыт дало возможность определить для человека следующее художественное направление. Тот, кто был художником в широком смысле всегда, становится творцом. Речь идет о том, что изобразительное искусство как целый пласт художественной деятельности человека переходит в класс дизайна и несет отныне чисто утилитарную функцию, более не определяя человека как художника, тем более как творца.

Можешь рассказать о своих работах?

Для чего ты этим занимаешься?

Что такое искусство?

Ты художник?

Эти четыре вопроса мы задавали всем, с кем начинали разговор, ответов не было, ну кроме как на последний иногда, конечно… Он такой милый, этот вопрос.

Люди, оказавшиеся у витражей, перебирающие какое-то листочки, не могут сказать ничего ни о себе, ни о своем творчестве. Помимо этого, отражение отражений, которые они хотят выдать за уникальное произведение, возможно взяты из гугл картинок, или какой-то социальной сети, не важно — важно то, что это не их мысли, не их идеи, не их артефакты, при любом раскладе.

Просто потому что сегодня

любой_____________________

 возникший

образ

— это бессознательный результат подсмотренности!

Когда человек, примеряя и ломая под себя технику изображения, не углубляясь в мотивы её появления, пытается получить результат, подобный тому, что мерещится в его сознании. Результат в его голове, смысл его действий — это всего лишь твердое укоренившееся желание успеха.

Формы, представленные на витринах в виде произведений, исполнены символами культуры девальвации. Рефлексы в сТиле нынеШней кУЛьтУРы, ничем не оправданные, только контуры, шаблоны, закрепившиеся в сознании. Если искусство — это побочный эффект кУЛьтУРной деятельности человека, а данные картинки показывают на степень этой кУЛьтУРнОЙ развитости и являются прямым маркером личности, стоящей за ними, то тогда пора внести ясность в данный конкретный контекст такой деятельности человека, что мы и попытаемся сделать.

Такое отношение к своему отчуждению не влечет ли девальвацию самого понятия «художник» и всего, с этим связанного?

Люди, играючи, натягивают на себя образ «художника», истинно веря в то, что нечто похожее по форме сделает их таковыми.

Так просто? 

Получается, что внутренний опыт, пережитый их предшественниками, им не известен. Либо он не понят. Фактически такое легкомыслие это и доказывает. Какой же тогда смысл в образовательной составляющей ИСКУССТВА, которая призвана хотя бы определить степень заблуждения такого человека, но даже этого нет?

Когда мы общались между собой по поводу каких бы то ни было работ, которые мы встречали, в основном речь шла о шаблонности — эффекте «насмотренности». Тут нужно добавить; наша цель не изучить работу, а рассмотреть связь с идеей.

А если реминисценция и есть идея?

Реминисценция потому и реминисценция, что это воровство и срабатывает до какой-то поры, пока общество не насытится своим безграмотным и неоформленным отношением к тому, что считает искусством. 

Ворует только тот, кто не в силах понять важность чужого труда. И мы предлагаем идти именно от этой точки в определении такого «воровства».                 

Можно было подойти к человеку, продающему свои работы, можно было зайти издалека, даже немного повосхищаться, просто для того чтобы определить глубину заблуждения, а потом спросить: «откуда взялось все это?» И человек отвечает, что это какие-то его глубокие мысли подчеркнутые, или что-то подобное, понятое или осознанное во сне или наяву. Называешь ему известного автора идеи, у кого он это заимствовал и теперь выдает за свое. Реакция – «замешательство».

А что же тот, кто стоит за прилавком? Он пытается вас дурачить, надеясь, что никто не замечает воровства. При этом по сути сейчас именно источник воровства-заимствования является магнитом для определения и выбора своего зрителем. Лавочник не отдаёт себе отчет в том, что именно сознание, прошитое его сенсорным опытом, создает ВСЕ, что он пытается выдать за свое, а важна именно осознанность в понимании данного явления.

Это похоже на выбор татуировки в салоне. Человек не придумывает, он просто листает образцы, пока не УВИДИТ подходящий из предложенных вариантов, и этот готовый образ присваивает себе. И не осознает, что это клеймо на всю жизнь, демонстрирующее его ограниченность, а не оригинальность.

Факт его нахождения на этой ярмарке тщеславия и есть главный аргумент в пользу этой гипотезы, поскольку та уверенность, которая позволила ему переступить порог этого места, рождена подсознательным штаммом загрязненного сознания. А значит ему ничего не угрожает? Так как этот штамм есть и у зрителя!  Это перманентная переработка, превратившаяся в эклектику, нагромождение всего и сразу, вызывающее отказ к   сотрудничеству, кроме такого; анализу не с позиции картинок, а с позиции кто вывернется сильнее.

!Как скучно, как невежественно, какой-то абсурд!  

Важно иногда переосмысливать фундаментальные вещи. А что делаете вы? Вы копируете КА Р ТИ Н КИ    «и. т.д.»

Но самом деле этот человек не так уж и виноват в своем заблуждении — его просто обманули, зажали в рамках невежественной формы под названием искусство, заставляя с детства быть похожими, равняться на кого-то, за что его и хвалили, вот он и стонет, мучается, потому что не в теме! И все его жизненное творческое достижение — этот принт-маркет, конкурс, выставка и т.д., за свое явление на которых он сам и заплатил???

И так — во всех направлениях этой огромной институциональной машины под названием искусство, навязывающей шаблонные принципы видения и массовое невежество к неизвестному прекрасному.

«Сегодня искусство не является культурно образующим феноменом?»

Этот спорный, но все же очевидный вопрос стал ключевым для первого дня.

Мы продолжили общение с витражами — В какой-то момент мы почувствовали некоторую передозировку окружающей атмосферой умышленного невежества:

«Я хочу понять причину отсутствия идеи».

Т.е. души у произведений, представленных здесь, нет! А это значит, что нет ДУШИ в том, что образует характер индивида, формирующего общий срез общества, в котором он строит свои планы на будущее. Это ли не есть суть ДУШИ? Человек перестал чувствовать!

Что все это? Мусор? Дизайн? Что это? Тема для нашего внутреннего обсуждения.

В данном конкретном времени одним из отличий художника от не художника является его отчужденность или же привязанность к чужому труду, зависимость от него как от точки отсчета собственного пути. Т.е. на данном примере мы, возможно, видим проект образа личности «художника» будущего, но есть один аспект, очень опасный, в котором как раз и задействованы «зрители».

Данный субъект не получит неодобрения публики, поскольку играет роль человека сведущего в том, что он делает, что на самом деле необязательно верно. Соответственно, человек получивший в таком состоянии одобрение публики, более будет не способен ни на какое творческое самоопределение. Т.е. сама суть такого взаимодействия сейчас находится за гранью компетентности личности.

Любое неосознанное потворство в таком деле приводит к плачевным последствиям для обеих сторон, пагубно отражается на действительности и, что самое главное, девальвирует предшествующий художественный опыт!                     

Пришлось побыть в подавленном состоянии, но все же азарт исследования не покидал нас. Вернувшись к нашему рабочему месту, которое обогревало и защищало нас от всего происходящего, мы решили взять паузу.

Наступало время начинать транслировать действие.

Рома: «Мне предстояло написать слово. Было очень волнительно, и вместе с тем это был очень насыщенный момент энергетически, мне хотелось просто радоваться, что я пишу это слово впервые на публике, с полной ответственностью за его содержание в будущем.» 

Зори: «Я наблюдал за тем, что происходило вокруг нас, было видно, что люди видят все боковым зрением, как будто ничего не происходит. Так оно и должно быть».

ДЕДЕРНИЗМ

– появилось на огромном ватмане Д

Подходят люди, спрашивают, что мы делаем, на что получали разъяснения о том, что это новое слово, обозначающее действие в сторону чистого творчества.

После того, как слово было дописано, раздался вопрос: «А что такое чистое творчество?»

Чистое творчество: идея самоопределения зрителя в творчестве — это первое, без чего формула чистого творчества не работает. Тотальная художественная идея «запрос-ответ», ставящая понятие паттерного и репликативного искусства вне закона — в контексте этого самоопределения.

Например, в контексте институции у искусства на сегодняшний день нет никаких шансов удержать культуру, так как искусство поглотило культуру, в итоге искусство замкнулось на самом себе. Мы говорим именно о том, что искусство как феномен, ставящий культуру на поток, с конвейера, исчерпал себя. «Художником» становится невежда, и он строит риторику относительно происходящего в духовном мире людей, не учитывая факт падения смыслов, извергаемых данной институцией. И, конечно, никакого творческого самоопределения тут быть не может. Видимо, из-за того, что самая важная часть общества в лице зрителя не принимает в этом никакого участия, помогая девальвировать художника, просто пассивно веря происходящему в целом. Мы говорим о зрителе, и вся наша полемика развернута именно к нему. Эту простую формулу мы и собираемся раскрыть в своем понятии ДЕДЕРНИЗМ.

Почти все, сказанное выше, было понято нами в продолжении работы со словом, «наша задача была» общаться со всеми, кто к нам подойдет. Мы сразу решили, что не будем привлекать к себе специального внимания. Так же было важно понять, вызывают ли наши действия ту самую творческую ауру, к которой мы все стремимся, познавая пространство, суть вещей и смыслов.

Наши действия были так синхронизированы, чтобы мы, не обращаясь к друг другу, понимали, кто чем занят каждую секунду, всегда находясь на удалении, собирались на короткие совещания, чтобы сделать выводы о полученной информации, и дальше продолжали прорабатывать слово со всеми, кто обратил внимание на наши незамысловатые движения и жесты. 

Люди, которым стало интересно, кто начинал с нами диалог на тему, возникшую уже в процессе нашей работы на выставке, были ключевыми действующими лицами в этой импровизированной лаборатории. Рождались тезисы, которые хорошо обогащали зарождающийся термин, их записывали на белом пространстве вокруг слова, тем самым фиксируя общее направление мыслей. Фактически, это плод мыслительного труда зрителя, который показывает, что люди понимают, уже на вербальном уровне, о чем идет речь.

При подготовке к этой выставке мы также обсуждали возможность троллинга или проявления позиции «профессора от искусств» со стороны публики, так как тема, поднятая нами, могла сильно задеть кого-то. И такой инцидент проверки знания нами теории возник.

В подобных ситуациях разговор почти всегда сразу скатывается в недоверие, отрицание и попытки девальвировать все то, что ты пытаешься сказать, со стороны оппонента.

Но для человека понимающего абсолютно ясно, что культура не движется дальше, а для дедерниста понятно, что она встала, так как люди потеряли творческую свободу. А это влияет на все аспекты жизни, где-то больше, где-то меньше, но в целом несчастных людей становиться все больше. И где же среди этого место искусства? На чем оно стоит? Для чего оно? Разъясните его функцию сейчас, как социального понятия.

Выстраивая дворцы для демонстрации «искусства», становясь в двухчасовые очереди за искусством, мы все сильнее отгораживаемся от природы вещей. Мы лишаемся личностного экзистенциального понимания прекрасного, необходимого для переживания в собственном опыте…

… кто хоть отчасти понимает искусство как нечто для «посвященных», способное изменить мир, так же зависимы, как любой слабый человек. Если человек, стремящийся к природной чистоте, должен загибаться в грязи, пока, по мнению «общества», ничего не сделал, по мнению «искусственного общества», это и есть ответ на механизм действия культурного столпа? Тогда каждый из нас именно по этой причине загибается в грязи. Каждый!

Затем „профессор“ спросил: «А почему так происходит?»

Ему был дан такой ответ: «Это у тебя нужно спросить, так как ты сюда пришел представлять, что знаешь, как устроена природа вещей».   Тут человек как-то… проникся, что ли, попросил маркер, чтобы написать свою мысль. Кружочек после и над словом дедернизм. Неплохой результат!

Было очевидно, что многие люди, подходящие к нам с расспросами и вопросами, а также идеями и мыслями, говорили с нами на одном языке. Высказывая яркие слоганы в пользу нашей идеи, например, такие:

«Готов ли ты отказаться от того, чем владеешь сейчас, чтобы получить то, чего у тебя нет?»

Этот слоган говорит о том, что сегодня все, чем владеет человек в своём понимании мира, не связано с его местоположением и положением в целом. Сознание, сводящее мысли в конечный продукт, играет с ним злую шутку, не выбрасывая его за пределы человека, влияющего на ход прошлого, где он сам есть только предмет.

Эта тема озаглавила день, так как возникла сразу после первого знакомства с публикой маркета.

Наиболее простым способом проверить это было появиться на подобном «рынке». Среди людей, не ведающих, зачем они все это делают, но якобы знающих, зачем они сюда пришли. Являя в себе статус художника, ты требуешь к себе некоторого почтения и уважения, считая, что видишь больше, чем остальные. В данном конкретном случае остальные видят больше, чем ТЫ. Это только один аспект, но очень важный.  

«Картинки больше не нужны — нужны смыслы!»

Как ты к этому отнесешься, дорогой «художник»?

Ниже мы будем говорить о значении таких выплесков рассудка как «картинка» сегодня.   И куда нас ведет художественный путь.

По ходу развития первого дня мероприятия мы приняли повторную попытку общения с теми, с кем не успели еще познакомиться. Пошли гулять снова. Сделав определенные выводы, подходили только к тем, у кого была видна экзистенциальная черта и ощущалось какое-то присутствие.  

Первой нам попалась художница Александра. Она делает гравюры с природных фактур, коры, рельефа поверхностей природного происхождения и не только. Да, репликация есть, но, поговорив с ней, мы поняли, что это чисто экспериментальный момент, исследовательский, и она движется гораздо дальше простых отпечатков коры на бумаге. Её идеи интересны и по-современному смелы, не лишены созидательного. Плюс сам мыслительный подход к тому, что она делает, совершенно разнится с тем, что мы видели в первой половине дня. Другой нарратив причин, и желание, желание идти дальше. Осознанность.

Изучать природу человека через саму природу, например, — сейчас это важный момент перехода. Можно глубже взглянуть на ее работы и прочувствовать, как она снимает рисунок и что ищет.

«Да, это все на поверхности» — говорит она.

«Надо продолжать дальше» — говорим ей мы.

Идти к той безумной идее, из которой можно будет черпать следующее: смыслы!

Наконец-то, это уже куда интереснее, и более откровенный разговор.

«Идея самоопределения художника в творчестве».

Это тоже интересно — идея определения себя художником вне зависимости от того, чем человек занимается. Главное в художнике сейчас — способность определить качество своего труда, а значит, свой уровень, как человека. И этому так же не учит ИСКУССТВО!!! 

Проблематика, озвученная нами в начале, сообщает, что человек, обращаясь со средой как со вторичным-бытовым, не может заявлять о себе как художник.  Этот тезис нам помогли выявить несколько встреч уходящего первого дня.

Так же открыто значение термина «паттерн» в контексте нового творческого мышления: «Паттерн – это действие, обесценивающее опыт».

«Для начала — это убийство известного и неизвестного» — написал интересный человек, который так вовлек в свои идеи и мысли о том, что творчество стоит во главе всей схемы идеи существования человека, что хотелось продолжать этот разговор дольше.                

Любопытно, что на «выставке» было подавляющее число девушек. Замыслы некоторых были весьма интересны. Понравилась Настя, которая за два года занятия рисунком, как она утверждает, перешла от выразительности фигуры через рефлексию момента. Она рисует реальных людей, реальные формы, но преломляет их до контекста момента, в котором объект трансформирован самим моментом. Получается несколько карикатурная субстанция, но Настя не привязывает это к карикатуре и знает о технике которой пользуется не только она.

«Это исследование момента на огромной скорости», собственно, следующий шаг — именно движение. Настя очень обрадовала своим настроением и идеей, к которой она сейчас обращена. Она разрабатывает хороший тренажер для исследования.

Просто невероятно: смотреть на то, как стремительно движется человек. Соответственно, почему нужно создавать рамки, которые объяснят ей, что это не искусство? Человек движется, он летит, это все временное.

Но сам принцип зарабатывать своими рисунками — бредовый. Такой человек должен просто жить!!! Любая попытка связать его с искусством будет означать появление рамок с естественным желанием жить. Прошедшее это доказывает, так как за этим определением ничего живого уже нет.

Рамки есть только у того, кто пытается красть и выкручиваться за счет чужих идей, выдавая свое мастерство копировать за художественный дар. А вот творческий дар — это как приложение, он есть у каждого человека.

ДЕДЕРНИЗМ – и есть это приложение.

(Если не разбираешься в чем-то или не уверен, ты не имеешь права критиковать то или иное произведение: действие, высказывание, жест, образ жизни того или иного человека, тем более если заявляешь, что ты его не понимаешь. Но если наоборот — тогда ты и есть тот человек, который искоренит вкусовщину и бессмысленную трату времени тех, кто считает, что художник- это тот, кто производит вещи).

Тот, кто ставит в основу своего творчества все вышесказанное, работая только с воображением и идеей, преобразуя все это в более полезные навыки, такие как ответственность за свою судьбу и тех, кто будет жить после тебя, природу… Такой человек является в наибольшей степени художником.

А если кто-то говорит, что им и является — пусть покажет, как он живет. Покажет свои «полотна». Явит себя и свой мир в действии, а не на носителе. Нелепо предполагать, что сейчас оценивать силу художественного мастерства можно только в контексте искусственности. А все потому, что любой новый опыт ведет к смене парадигм. Такая смена требует новых знаний, нового мышления, а для этого не нужна структура – человек начинает работать над собой. Это еще одна важная черта художника.

Поэтому мы и застряли в той эпохе, где основой для подавления сознания является система, делимая на «до» и «после». После — это, как правило, все та же форма, только обобщенная с помощью технологий. Когда искусство становится искусством?

Интересно, не правда ли?

Мы имеем дело с фактом некоего уже состоявшегося искусства, который характеризуется некими данными, повлиял на то и на другое, но в котором мы никогда не принимали участия, так как на момент, когда сталкивались с этим, считали, что это, по меньшей мере, глупо. Так почему же нам никогда не хватает знаний, чтобы распознать этот самый момент, тех суперзнаний, которыми обладает искусство?! Так вот, в тот самый момент как раз и отсутствует главное: творчество!

Сейчас искусством принято называть факт свершенный, зритель ни в чем не принимает участия, пассивно кивая в выставочном зале. Но способен ли сейчас хоть кто-то уловить этот момент, когда даже «художник» зачастую сам этого не знает?..
При этом всякий, даже глупец, претендует на лидерство, но какое лидерство может быть в настоящем для успешного художника? Его доходы от продаж его творений или его самого — чего? Чего-нибудь?  Этот абсурд исключен как таковой в данной творческой идее.    

«Идущий на рынок „художник“ навсегда забывает свое предназначение и останавливает свой поиск и развитие».

И не то ли ужасно, что предмет искусства, его ценность, состоит только в его эквивалентной стоимости? Остается только исторический след, и истерический смех, смоделированный конъюнктурщиками, и все? Да — и все!

Потому как те, кто сейчас сидят, уткнувшись носом в книги, зубря истины, пропускают «революцию», без участия в которой их знания обречены. И это замкнутый круг. Человек так привык жить по историческому постфактуму, что разучился смотреть по сторонам и работать с действительностью не ради денег или славы, как пытаются многие… А может и не умел никогда???  И только немногие, кто делают это ради погружения в нее — действительность, — ради понимания её устройства, положив в основу идеи свою сущность знают истину.

Все наше действие после сказанного, теперь сводится к простому правилу: учиться распознавать ложь в себе и говорить об этом с другими. 

«Что именно имеется в виду?»

Выискивать каждый день в себе паттерное содержание этого мИра, очищать свое сознание и свои попытки от желания быть похожим. Этот принцип стоит во главе всего, о чем мы пытаемся сказать. Если ты занимаешься этим анализом как художник, ты наделяешь себя неким страхом, правильным страхом, это творческая скромность перед общественной махиной его мнения, которая нужна до тех пор, пока человек не вызреет (распримится) и сможет четко понять, что он един, и все, что он знает, принадлежит всем, — тогда только можно говорить о влиянии на Мир и Общество этим человеком, заявляющим о себе как о художнике.

«Чтобы начать разбираться в вещах, нужно вычерпать то, что в вас залил этот чужой мiр, пока вы были беспомощны. И тогда болезнь пройдет!»

Что такое ДЕДЕРНИЗМ? — снова спрашивают те, с кем мы общаемся.


«Это и есть правила распознания такой лжи?» 


Начни с самого простого: обличи художника как человека и укажи путь Человеку, если знаешь, а иначе обличишь себя.  

Эта простая формула взаимодействия с жизнью говорит о том, что, когда вы потворно соглашаетесь с чем-либо, вы можете дискредитировать себя, отнеся к системе, в которой ваша свобода ограничена чужой мыслью. А значит, вы лишаете себя права влиять на мир!

Система взаимодействия для получения ответов, прежде чем делать какие-то выводы — как основа творческой работы – «запрос-ответ», что совершенно исчерпала в себе современная «художественная среда» — общество. Упростилось само понятие «художник» — человек!

Искусство заявило о себе в момент появления первого покупателя , а не продавца. Первый покупатель (зритель) – это первый потерявшийся человек. Оставшийся без всего. Но сегодня зритель — это художник, который приходит делать выводы, а не покупать или потреблять.

Безусловно, не все заключения, сделанные в тексте выше, были подняты нами впервые. Многие идеи просто совпали или же подтвердились в результате экспериментов на данном маркете, особенно что касается искусства.

Плевок из пустоты:

В целом, в отношении индустрии, в отношении «живописной среды», да всех, кто хоть как-то соприкасается с массмаркетом искусства и т.д, справедливо то, что они слепы и невежественны по отношению к художнику, которого тут даже нет.

Котики, черви, вагины, гномы, миккимаусы, яйца, всякая чертовщина, с оторванными головами и черепами в хохломе, пафосная ахинея в стиле поп-арта, реди-мейд – такое современное искусство мы наблюдаем. Когда человек, идущий по такой выставке, понимает, что у людей едет крыша, в целом, это ведь тоже некое произведение, отражение действительности, которое неведающий принимает?

 «Сначала вас приманит цвет, образ затем, свет, тень, затем форма, но нужно все увереннее погружаться в среду». Понимай! Игнорируй! Воспринимай!

Вдумайтесь в то, что все знают слово ИСКУССТВО, но практически никто не может сказать, что это. В особенности сейчас. Как действует, и действует ли вообще. Для чего необходимо и как работает? Не об этом ли пыталось намекнуть современное искусство, как совсем недавнее явление, в том смысле, в котором понимаем это мы?

«А как вы это понимаете?»

Современное искусство как феномен — это своего рода попытка системы найти выход из тупиковой ситуации средствами, давно утратившими силу. Этот процесс зациклен и повторяется.

Все скатилось в абсурд массового психоза в попытках занять место «СОВРЕМЕННОГО ХУДОЖНИКА» или кого-то там от современного искусства.

Хочется вспомнить одного художника, вспомним Бойса, например, он — к искусству никакого отношения, на мОЙ взгляд не имеет!

«Почему?»

Тот уровень, который исследуется выше, это уровень не того чем занимался Бойс.

Бойс, это форма, одна из форм публичного, трансцендентного состояния человека – форма погружения в материю, которую нельзя изучить, нельзя понять или записать, можно почувствовать.

Ей трудно воспользоваться, находясь вне поля её действия. #Бойсвоспитатель!        

А  Европейское культурное сообщество таки сделало из него «художника».      

Так работает система.                

Заполняя снова свои институциОНАЛЬные пустоты.

И выгода тут только для искусства.

На том плане любви на котором он просил говорить всех с ним от искусства говорить нельзя. Для того чтобы общаться с ним ТЫ должен быть соавтором. А не зрителем! 

Мало кто мог внять его, так как подавалось это от искусства!

За тот период, и сегодня много чего существенного в творческой области произошло, мертвое обесценившееся понятие верните его создателям.

Такая же схема спекуляции была, но в более упрощённом варианте с помощью любого западного художника, который стал таковым по желанию системы! Они в конечном итоге терпели крах как личности (а мы сейчас говорим только о личности в системе искусства), были раздавлены системой, которая по сути их презирала. Так как искусству абсолютно плевать на вашу сущность, и личность так же не важна. Точнее сказать, чем сущность «неправильнее» тем интереснее для искусства.

Бойсовский слоган «КАЖДЫЙ ЧЕЛОВЕК — ХУДОЖНИК», так быстро принятый, и так легко выразивший все, что и вы хотели знать о себе, был понят правильно. Но не в правилах шамана расшифровывать сказанное им. Любое слово из уст его двойственно, наделено скрытым смыслом, все больше раскрывающимся в течении жизни. Понять может тот, кто способен прочесть это слово живя, а не подражая жизни. Дедернизм — это работа по дешифровке этого слова человеком. И к искусству так же никакого отношения не имеет!

 «Что есть ИСКУССТВО сегодня?»

«Искусство — это универсальное развлечение, создаваемое массами для элиты, в надежде приобрести место ближе к ней».

В целом современная мифологема этого слова проста: нечто высокое-высокое и особенное-особенное, во что погрузиться-то не каждый может, и все в таком духе. Искусство — это великое, искусство — это масса пухлых книжек о не менее жирных фактах его существования вне нашего присутствия, исторические небылицы. Искусство — миф, который, как некая вязкая и непостижимая субстанция, блокирует креативную способность индивида. Выбора нет: либо флейта, либо баян. Понимаете, о чем мЫ?

Не думаю, что «художники», которыми так козыряют софисты от искусства, стремились развивать идеологию подавления, а понимание развития для каждого. Конечно, они, эти художники, первобытны. Но в этой своей первобытной уверенности, что нужно отображать природу в её духовной мощи света, цвета, тени, формы, духа, они обрели те смыслы, которые только находясь тут, в этом времени, можно понять и использовать все разом.

Так, в мире информационных технологий можно сопоставить множество фактов, говорящих только об одном: их «полотна» — это нарратив, который нельзя рассматривать отдельно от состояния личности. И когда из этих опытов можно сложить одну большую картину взаимодействия людей с пространством, можно абсолютно точно сказать, что их проекция на этот мир разрушительна, лишено всякого смысла и само взаимодействие, поскольку человек заряженный искусственной институцией, не зная того сам, является избранным для того чтобы восполнить необходимый баланс системы, где смерть человека, это лучший вклад в развитие системы.

 В развитие навыков творчества и сотворчества становление человека не зависело от его материального положения или от институций, только от силы духа, воли и стремления познать природу, загвоздка в том, что это стремление может и разрушить если принять его за предмет.

Поэтому момент, в котором художественное начало всегда ассоциируется с безысходностью, более не действителен. Тут говорится о том, что такой путь художника, — осознанный, и осознанно принимается все то, что за этим стоит. Вне зависимости от начальной цели субъекта.                                                 

Путь художника всегда лежит в разрез финансовой выгоде, а это противоречит нынешнему видению членов любой «художественной» монополии на «искусство»! Точнее сказать – «для правды в этой системе «очень мало» места». А сама монополия существует только за счет уже известного, определенного историей.

По факту: форма, которая нам рисуется в портретах того времени, — это живописные, литературные описания жизни разных слоев общества, что дает нам некоторое представление об искусстве. О его содержании и утилитарно-творческих функциях, но все так же лежащих вне воздействия от объекта наблюдения.

Тут искусство заканчивается, поскольку за рамки данных произведений не выходит.

Почему живопись играет заключительную и главную роль в завершении эпохи искусства?

Живопись БЫЛА очередным – основным — инструментом, поскольку создавалась новая история и нужно было производить много свидетельств эпохи. Поэтому живопись прогрессировала очень быстро. Живопись — это заключительный носитель эпохи, не соотносящейся с нашей. Инструмент другой цивилизации. И последний инструмент из множеств других, более нам недоступных, для реализации себя в творчестве. Следующие на очереди КИНО и ФОТОГРАФИЯ. 

Как только распалась доцифровая эпоха, манеры, опусы, темы остались на уровне цитат, вся культура перешла в цитатник. И даже не искусство теперь руководит человеком: мода, дизайн, тренд — искусство НЕ СУЩЕСТВУЕТ! Его нет! Говоря об искусстве, ты можешь говорить, о чем угодно, и не ошибешься. Тебя никто не упрекнет. КАК ЖЕ ТАК? Но тут же упрекнут, если ты свое творчество назовёшь искусством!

Вот тут и есть основная проблема, которую можно разрешить с помощью тотального творчества. Все те действия, которые производит каждый человек, нуждаются в четком анализе самого субъекта. А если говорить о том, что человек выбирает в качестве примера творческой силы нечто от искусства сейчас — он себя разрушает как человека, не способного отличить белое от черного, если того требует масса. На этом и остановимся.

Тотальное творчество: как пример такого творчества сейчас можно рассматривать проявление своей позиции как художественной – к примеру, прямо на рабочем месте. Важно понимать, что одна из особенностей творческой натуры — это апеллирование к личной инициативе, которая на сегодня еще сохранилась в таких странах как Россия, например.

В семье, дома или на природе, на улице, на работе перед коллегой — отключите телевизор, снимите все паттерны со своих стен, с себя, спрячьте смартфон — и это будет началом пути человека как художника! Начните слушать! Начните смотреть! При этом не нужно ничего доказывать, просто делайте свое дело соотнося его с пространством и временем. Способный это сделать понимает, что сегодняшняя система, при которой человек лишен времени на созидание, делает из него единицу технократической финансовой структуры, сужая его творческий спектр до минимума, уничтожая любое инициативное начало как первый признак творческой натуры. Таким жестом — действием личности против обесценивания своих возможностей — начинается серьезный творческий путь. Освобождается пространство, без которого дальнейшие действия невозможны.

Сейчас, как и всегда, творчество стоит выше искусства!

Плавно двигаясь к тому, чтобы покинуть выставку, мы поговорили еще с одним человеком, и это было настоящее открытие для нас. Это тоже была девушка, её зовут Настя. Она долго стояла, разглядывая слово, пока мы общались с другими людьми. После она подошла, и мы с ней поговорили, она из бизнеса, сказала, что-то связанное с защитой интеллектуальной собственности. Дефицит идей и новых смыслов, отсутствие понимания утилитарности и творческого мышления, кризис личности, как таковой — все это проблемы и ее сферы. Говорила, хочет покинуть сферу прежней деятельности.                 

Для окончания дня, характерно, то что Настя сама начала нам рассказывать, что такое дедернизм. После мы попросили ее оставить свой ассоциативный тезис на бумаге, и она сказала, что видит волну, когда думает слово, и нарисовала волну. Такие эманации были в конце первого дня не единожды.

Люди стали сами нам рассказывать, что такое дедернизм, почему есть необходимость в данном переосмыслении и что может вызвать бурный культурный подъем личности, отличая от сегодняшней стагнации то, о чем говорят. То есть схема запрос-ответ сработала, и при запросе в развернутом виде мы получили ответ из среды — в данном случае одобрительный.

Мы решили, что на сегодня достаточно информации и, как договаривались, покинули место с полным ощущением того что слово является настоящим. Именно данный факт был проявлен лучше всего во время презентации нового слова, обозначающего: движение к чистому творчеству; ДЕДЕРНИЗМ.


ДЕНЬ№2

Основной задачей второго дня являлось полное осознание определений: ИСКУССТВО, ХУДОЖНИК, ТВОРЧЕСТВО. В новой мыслеформе ДЕДЕРНИЗМ. А также размышления о содержании творчества в целом.

Конечно, не только благодаря этому опыту пришлось понять эти слова: искусство, художник, творчество — в новой форме определения и самоопределения человека как художника.

Новая идея?

Согласно этой идее об искусстве — явлении, исчерпавшем себя как культурный феномен, — мы говорим в прошедшей форме?

Да!

В смысле?

А в том смысле, что искусство как традиционная доктрина определения художества и художника, да и «прекрасного» для жизни в целом, на сегодня не способна на это самое определение. В связи с этим оно занимает не созидательную функцию, а разрушительную, что в нашем случае совсем и не плохо, так как настоящая форма созидания должна появиться в тот момент, когда сознание привыкнет к Своим мыслям.

Есть такой нарратив: Я не художник! И знаете почему? Да потому, что это понятие девальвировано, оно больше ничего не значит. Человек, говоря, что он не художник, ставит себя выше этого понятия, уже знает, что есть что-то, что может его либо сделать таковым художником или творцом, либо сразу оставить до полного понимания себя как художника, лишив права голоса, так как паттерное искусство, которым так искусно владеет нынешнее племя, как пагубная привычка, отсекает тебя от истины в понимании действительности и природы вещей. Поэтому и возник тот вопрос … «готов ли ты отказаться» …

На данном примере (день №1) в самом начале процесса разрушения мы можем посмотреть, как работает новая художественная, а точнее творческая модель самоопределения художника через чистое творчество. Именно за этим мы и сделали свою экспериментальную лабораторию на данном «рынке».

В первый день мы не смогли определить понимание даже старой художественной формы, не говоря уже о новой. Понятия «художник», «искусство» — более не определяются вообще.

Теперь вас ждут творческие муки, переживания — это трудное испытание, но оно совершенно необходимо каждому новому художнику, чтобы обрести сознание, в котором он больше не производитель картинок, или чего бы то ни было материального, теперь художник — это творец осознанных действий. Понимаете, о чем мы? Тот, кто работает с действительностью посредством мысли, идеи, действия! Меняя её, совершенствуя, тем самым делая себя лучше и честнее. Так как в эту минуту любое материальное тело (действие в меньшей степени) выдаваемое за конечное произведенное «художником», — уже есть ложь.

Теперь художник, какую бы он сторону ни занял, всегда идет бок-о-бок с теми, кто выбрал сторону дедернизма, так как его основная функция — созидательная, так как его материал — это информация из среды, которую сейчас используют неправильно.

Любая понятая и осознанная идея не нуждается в переработке и осмыслении дважды, трижды или бесчисленное множество раз — как самостоятельное творческое произведение — так же, как и его элементы. Одним словом, в момент принятия новой творческой идеи 99.9% того, с чем привыкли работать современные «авторы» и «зрители», будет больше не доступно.

В обществе очень мало ответственных людей! О, да! Да! А тот, кто говорит это, и тот, кто слушает, отдают себе отчет в том, кем являются они сами? Ведь если человек, например, считает себя художником, но при этом ведет себя как полный идиот, то что же, простите, он производит??? !!! В целом ничего, и никаких проблем. Даже нет, чаще даже проблемы, ну, а если нет – то ничего.

Думаете, это оскорбление? Опять же — кем мы считаем себя? «некое-Я», например, не стремиться к понятию ХУДОЖНИК, чтобы воспеть природу за пример со мной, так как в ХУДОЖНИКЕ и есть мое стремление, чтобы быть честным перед ней. Если ты чего-то не можешь или у тебя не хватает ума, я признаюсь в этом, но продолжаю искать пути для решения своей задачи, чтобы найти то, чем я буду заниматься осознанно! Не заимствуя чужое, надеясь на обман не понимая с чем работать — выискивать свое, а именно, — то, что ты можешь решить. Например, у себя в жизни, то, что важно для многих, кому не хватало именно этого вашего примера, чтобы пойти дальше!!! 

Искусство больше за это не отвечает! ДЕДЕРНИЗМ – это как методичка нового, свободного взаимоотношения между всеми новыми художниками, то есть, людьми, Ищущими Свой Путь Для Всех, так как они сами и есть свое творение. Это многое значит для настоящего!

Сейчас «художник» тождественен его «я».

В своем нынешнем качестве так называемый «художник» не уверен, будучи эгоистичным, он просто обязан принимать все, чтобы не слыть понимающим свое ничтожество. Сложно? Очень!

Но этот путь — уже не художника.  Новые смыслы, проявление забытых измерений. Это абсолютно для такого сознания. Так, без этого осознания, человеческий ужас возвращает вам ваше сознание, и вы можете творить. На этом этапе можно только так. Так как не работающий, в самом широком смысле человек, получивший свободу в своем самоопределении, и есть тот самый нехудожник, — человек безрадостный и глупый.

Человек, определенно, — сущность самостоятельная, не нуждающаяся в каком-то еще шаблоне поведения. Если он понимает, конечно, свою ответственность, перед тем, чем занимается. Если не понимает, значит это еще не человек. В этом смысле так и работает ВАШе ИскуССтво. Оно гильотирует вас самих, ликвидирует, и у вас нет голоса. Ответственность за действительность. Это, кстати, относится и к родителям, как ни странно. Тема художника широка. И о ней мы призываем говорить вас!

Так же, как и нас призывали говорить и отвечать. Очень интересно, но люди сами подходили к нам и начинали говорить о творчестве, анализируя все происходящее, как и в первый день, поражая нас своей осведомленностью в проблеме и погружённостью в дело, которым они занимаются. Это — о посетителях выставки, как бы о тех людях, которые стоят, по мнению многих сегодня, ниже художника в иерархии тождественного знания о природе вещей – также получается?

Получается? Те, кто честен перед собой, кто не скрывает блеск в своих глазах, подходят и конструктивно делятся, безо всякого предвзятого суждения, своими мыслями о том, что они поняли из того, что мы хотим сказать им, тем самым развертывая творческое действие. Может они в большей степени художники? Да! И это именно так!

Наша локация на второй день являлась уже абсолютно сформировавшейся творческой единицей, которая в публичном пространстве на глазах у всех, ничего не скрывая, дорабатывает идею.

Из тех, кто к нам подходил, впечатление оставили все, были даже блиц-опросы.

Одна взрослая женщина, окруженная спутницами, около огромного слова, облепленного смысловыми формами, обратилась к одному из нас и начала спрашивать с очень большой скоростью:

Ж: Что это?

З: Это новое слово!

Ж: Что оно обозначает?

З: Движение к чистому творчеству!

Ж: Что это значит?

З: Это значит, что мы выстраиваем новую тотальную художественную идею, убирающую поняте искусство!

Ж: А почему вы считаете, что вы можете трогать искусство?

З: Потому что считаем, что искусство не участвует в строении культуры и обогащении её за счет творческой деятельности человека. Сегодня нами эта институция переводится в сторону захвата культуры прошлым, созданной историей, а не настоящим с помощью прошлого. Искусство это то, о чем хочется говорить в прошедшем времени, как о войне.

Ж: А где можно ознакомиться с этим?

И как можно вас найти?

 Даю этой даме «методичку» зин и рассказываю, как нас найти.

Она благодарит, мы прощаемся.

Еще интересный встретился человек, занимающийся радиоволнами — увидев слово и начал рассказывать, о том, как он видит звук и с чем он работает сейчас, конкретно он хочет смягчить что-то в звуке эфира радиостанций. И сказал, что слово, написанное на огромном холсте, сделанном из листов формата А4, напоминает ему такое явление в радио как «мягкая ламповая», что он и закрепил как смысловое определение около слова, написав его.

Мы старались закрепить связь со всеми, с кем удавалось пообщаться, оставляя контакты в соц. сети и тут же добавляясь. Но несмотря на это, не всех удалось разыскать, поэтому все вышеизложенное в части цитат пишется по памяти. Абсолютно сохраняя основные направления и тезисы тех мыслей, которыми делились люди, без искажения или преувеличения. Так как тот, кто понял и принял идею, не может сделать как-то иначе.

Тут нужно сделать пояснение:  

Можно смотреть более узко и сосредоточить внимание на чем бы то ни было, например, на деньгах. В любом случае, если такой аспект есть — значит, идея не понята. И мы тут не говорим про ту идею, которую озвучиваем сами, а говорим сейчас про идеи предшественников. Те вещи, которыми они занимались как истинные творцы, глобальны, а закреплены в рамках искусства только в виде картинки и подписи к ней: год, место, имя, стоимость. Почему мысль осталась за рамками понимания людей, общества, к которому она была развернута?..

Ведь мысль, которая терзала художника всегда — уйти из мира вещей, прийти в мир духовного порядка и равновесия. Об этом говорит и тот след, который оставили художники конца прошлого века — они все шли к беспредметному пониманию, то есть, к пониманию за рамками предмета. Особенно живопись это показала очень четко: как двигалась, а главное КУДА двигалась мысль с момента обнуления. Правильно! Она возвращается на место. Значит, истинное предназначение художника именно в этом.

Есть вещи максимально известные, такие как Черный квадрат Казимира Малевича, например. Специально говорю о нем, так как его заключение — и есть новая отправная точка для всех сегодняшних людей, стоящих на пути познания собственного творчества. Малевич нам объяснил, что настал тот самый переход от понимания предмета в предмете, он выступал за мыслеформу, где предмет больше не является тем, чем являлся раньше для чувств. Он прекратил живопись, так как живописью заканчивается наш этап познания или удержания природы чувствительных связей с природой, разобрал её на части, сместил спектр внимания художника дальше предмета, сверенного самой природой. Он сразу закрыл тему античного и переходного искусства, взяв труды только тех, кто проложил мосты к его мысли.

Искусство в целом само по себе не способно развивать сторонние вещи, способные влиять на жизнь людей, такие как устройство быта, образование, воспитание, технологии, коммуникацию. Искусство развивает только само себя, что пагубно влияет на людей, поглощённых своим вниманием к нему.                                       

Он растворил форму для вас, ХУДОЖНИКИ, явив новый НУЛЬ! Тот путь, который он указал нам, уже за гранью формы, предметного и самой натуры. Мысль и творение себя через смыслы — и есть следующий этап нашего творчества, а не искусственное и постискусственное. Рукотворные творения от художников больше не нужны, это просто след развития уже не нашей эпохи.

Теперь любой посыл через предметное, явление предмета в реальность, как конечный продукт художественной деятельности человека посредством искусственного нарратива, является фальшью «художника», сам ПРЕДМЕТ более «зрителю» не интересен. Любой предмет, какой бы он ни был, — априори паттерн. Так как все паттерны создаются только ради денег, этот несложный аспект — и есть механизм первого, начального разделения перед дальнейшей самостоятельной градацией сущностей в контексте чистого творчества и в контексте понятия художник.

Это естественный процесс, при котором изначальные возможности для каждого одинаковы и не зависят от материального статуса. Понимаете, о чем мы? Для такой перестройки не требуются материальные вложения.

Воля человека — в стремлении к тому, чтобы стать художником и научиться созидать в глобальном масштабе, не запирая себя в рамки институций, в создании которых мы не участвовали никогда, а Люди, происхождение которых нам объясняют те, кто сами не знают, кем являются.

В данном случае деление (не разделение) является объединяющим, поскольку стремление отделиться и есть выход из паттреного влияния институции, позволяющее объединится со всеми, кто готов действовать и, кто готов принять новое сознание художника-человека.

Новый принцип объединения Новых Людей.

Такой принцип объединения, во взаимодействии, со всеми людьми, мы продемонстрировали своим появлением на данной ярмарке. Сам факт того, что нам удалось вызвать творческую ауру, фактически находясь там, где нас не должны были услышать. Не для само иронии или же какой-то выходки, а для конкретного результата сделать запрос чтобы получить ответ.

Это совсем другая культура. Культура, которая не стремится к выгоде, для которой главным критерием является своё отражение в зеркале собственного, подлинного прошлого, в настоящем.

И этот вопрос чисто творческий и никакой другой — не политический, не геополитический, не религиозный, не расовый, гендерный или еще какой-то.  Эта идея идет уже вместе с глобальным обществознанием, о чем мы также призываем говорить художников.

Строение общества, его приоритеты, аспекты счастья и чистоты существования человека как новой художественной формы, сотворенной им самим!  Человеку, осознающему свой образ жизни, не может быть не видно, что парадигма существования нынешнего общества идет вразрез даже с той формой прекрасного, о которой принято говорить.

«Искусство есть медиум невежества».

Необходимо вникнуть и понять, ЧТО можно противопоставить этому процессу. Как раз это мы и хотели предложить, основываясь на собственных вычислениях, впечатлениях от происходящего вокруг нас, опыт в широком смысле, где искусство, выдаваемое за современный и, казалось бы, адекватный смысловой институт, сегодня уже не может, не в состоянии определить вектор творческого развития человека.

А сейчас мы вернемся к нашему эксперименту, для того чтобы продолжить говорить о структуре перехода к новой смысловой оболочке творчества. Переход — вот что нас интересует — не то, что было до него, но будет после.

Мы уверены в том, что поступаем верно, поскольку трезво смотрим на то, что производим, и когда что-то собираемся сделать — ценим личность не со стороны искусственного умения, а со стороны того, что именно представляет человек для действительности. Фактически, когда люди вступают в сотрудничество, они должны быть в равной степени зависимы от результатов своей общей деятельности, своих действий! Иначе вся творческая составляющая пропадает, результат будет вредным или вообще не будет ничего. 

Итак, придя на данную выставку, в эту стихийную галерею в городе Москва в здании  DI TELEGRAPH 19-20 мая 2018 года мы точно поняли, что являемся самыми большими лжецами и лицемерами, главными деструктурирующими элементами в достижении всего прекрасного и целого. Это нас не удивило совсем, так как наши подозрения оправдались, хотя и не без ложного ощущения тревоги.

Мы теперь уверены, что идеи, которые у нас есть — актуальны и применимы, так как люди приняли данный факт и сами говорят о том, что нужно менять: о том, что бездушный массовый дизайн теперь выполняет функцию проповедника и проводника к прекрасному миру, но миру моды, где властвует не дух, а снова предмет. А этот предмет, заменив тот, о котором говорили последние художники прошлого, теперь является просто вещью. Предмет познания поменялся на вещь, которая требует все в меньшей степени обращать свое внимание на что-либо, кроме нее?

«Эта современная парадигма самоопределения личности в пространстве?»

Теперь виртуальное пространство рождает кумиров, а смыслом дальнейшего действия индивида является его виртуальное окружение. Мы видим процесс сингулярности человеческого определения себя в пространстве, о котором говорилось выше — запрос-ответ. Качество сущности для такой парадигмы не имеет значения — полная аннигиляция и перестроение человека в форму, для которой природа перестает быть предметом познания и стремления.

Проблема в том, что человек не находит больше ничего для себя лично в мире искусства, но он хочет творить, делать, влиять, создавать, выбрав альтернативный путь, а его поглощает еще более простая и ужасная материальная модель — это модель вещизма и виртуальной славы. Модель, в которой интерес его существования обусловлен виртуальным успехом, приходящим из ниоткуда за лайки, которые можно заработать, только подчиняясь той модели поведения, которая царит в этом обществе. А эта модель выглядит так: прославься или сдохни.                                    

Вот тебе и наивысший Малевич?!

А этот текст, как вы вообще дочитали досюда? Где вы его взяли? Я не понимаю? Откуда он у вас?

Речь идет о том, что творчество — это вся наша жизнь, любое движение, проявление характера, стремление угодить или отстоять что-либо, любой неосознанный или осознанный выбор — это и есть наше творчество и основа для полагания себя художником.

И все же, нашей основной задачей так и осталось продолжить выводить смысловую форму нашего понятия, вместе с тем определив, что такое художник, а также спектр его творчества, опираясь на выводы, сделанные до этой минуты.                                                                                           

В конце второго дня мы хотели сделать отчетный зин, где могли бы оставить все мысли, которые накопились на нашем белом листе при взаимодействии со словом людей. После превращения нашего рабочего пространства в некое подобие открытого офиса, мы не спеша начали подводить итоги.

Идея второго дня особо не отличалась от первого, исключая только прямое и намеренное общение с «художниками», точнее представителями картинок. Основой для укоренения нашего замысла все также являлась прямая реакция публики, так же, как и в первый день.

И тут вспомнился случай из первого дня: кто-то из собеседников, услышав о том, что в принципе прийти к самому себе без творческих мук невозможно, и о том, что вообще существует такое явление, впал в какое-то странное неистовство: странный смех, человек постоянно повторяет одно и то же:«творческие муки»–«творческие муки»–«творческие муки».  Стало ясно, что субъект этот всегда отстранялся от такой возможности перехода, лишил себя её, он знает об этом, но не хочет ничего иметь общего с такой субстанцией даже смысловой. Причем, смысл, вкладываемый в это словосочетание, таков, что путь, в котором ты отбрасываешь все, что пробуешь, пока не попробуешь свое, у всех разный, но каков бы ни был результат, именно в этот период ты больше всего уверен в своей правоте, так как наиболее честен с собой, ведь чтобы что-то отбросить чужое, необходимо признать это чужим, а значит, обнулить себя, и начать все заново — сейчас мы говорим именно о процессе самоосознания.

Процесс мысли, смыслов, поступков, результатов — вся эта цепочка подвержена воздействию паттерного искусства, паттерного направления. Сейчас никто об этом и не спросит. Ровно как и среда — твое полотно, отныне, так и палитра твоя душа отныне!!! «Рисуй, ХУДОЖНИК, рисуй!»

Вполне нормальный процесс, который и называется творением, — это, кстати, самая активная фаза жизни человека как истинного художника, так как в этот момент он создаёт себя. Себя означает все?

Да!

Запустить правильно этот процесс, ничего не нарушив в человеке, не отнимая у него здоровье и жизнь, детство или близких ему людей, его самого, как это принято, искусством.

Это конечная цель нашей мысли к действительности, где все эти действия не возможны, так как ценность человека в наивысшей степени понять может только художник (это правда).  Если примером взаимодействия для данного человека всегда изначально остается среда, то как вы хотите его обмануть, кого вы хотите обмануть?

Это конечная цель нашей мысли к действительности, где все эти действия не возможны, так как ценность человека в наивысшей степени понять может только художник (это правда).  Если примером взаимодействия для данного человека всегда изначально остается среда, то как вы хотите его обмануть, кого вы хотите обмануть?

Следовательно, сегодня среда не может ему помочь преодолеть этот путь становления личности как художника, наделяя искусство чем-то недосягаемым априори, отодвигая каждого от его познания. Т.е. фактически превращая его в культ, а не в инструмент.            —  Секуляризация?

ДЕДЕРНИЗМ – это набор идей для реализации необходимых задач для всех людей, в отношении того самого понимания между слоями, поскольку это идея *тотального творчества, которая так же входит в необходимость жить, как *художник, в новом его осмысленном понимании, и сводится к тому, что человек больше не оторван от заложенного в нем мастерства в угоду какому-то институту. Он всегда находится на своем творческом месте, которое он сам себе выбрал, и полностью посвящает себя этому процессу без всяких помех со стороны общества. Так как любой в этом обществе так же зависим от этой полной свободы выбора, ведь вся суть именно во взаимодействии.       

Нематериальное становится наивысшей конструктивной идеей человека. Его творческий потенциал не зависит от материальных конфессий (таких как рынок), да и сам рынок более не интересен художнику. Происходит освобождение от стереотипа о делении людей на низшие и высшие формы по национальности или подобному, ликвидируется этот исторический конфуз с постфактурой IQ, где нельзя понять, о чем сейчас говорит искусство с аукциона Сотби’с, а семилетний ребенок учит нас жить.

Мы находимся в одном Материальном пространстве, смысл есть только в единении, пусть каждый займет свое место идей в структуре Мiра, которые будут воплощены не в угоду великой славы того, на ком потом построят историю с *бананом.

Понять нужно только одно: хотеть быть художником — это тоже ложное чувство. Жить, и в какой-то момент понять, что ты художник — вот это интереснее всего!!!

ред. от 22.02.2019

ОПЫТ

(или идейная проявка)

Есть такой момент в творчестве, который определяется, как концептуальная проявка. Этот момент не связан с техническим проявлением, это не аналоговая фотография. Речь совсем не об этом. Тут говорится о моменте идейной (концептуальной) проявки.

Значимость идейного произведение трудно идентифицировать в момент его появления. Здесь не играют роли те характеристики, какими привык пользоваться даже сам автор, несмотря на то, что создал нечто уникальное. Любое собственное определение будет пересекаться с уже устоявшейся формулой дифференциации, которая привязана к визуально-смысловой структуре, доказанной и утвержденной институцией под названием искусство. А именно: институция выбирает наиболее удобное для нее произведение или вектор, без учета истинных мотивов появления идеи, беря только критерий встраиваемости ее в шаблон собственной реминисценции. То есть все подбирается согласно заданной искусственной теории.

Из обсервационного опыта можно сказать, что все сильные идеи, обнаруженные впоследствии, отсеиваются в момент их появления. Впереди всегда идут делано рассчитанные произведения, которые не несут ничего, кроме самого факта своей схожести с известным, быстро разрушаясь во времени, разрушая все вокруг.

Концептуальная проявка требует участия сферы, — той недостающей части общей мысли, которая является главным аспектом обнаружения чего-то нового, обладающего смыслом и имеющего значение.

Более того, для концептуальной проявки любого произведения необходимо время. Для каждого оно может быть своим. Талант и видение современников в данном случае и есть то самое время.

Проявить идейное произведение, обладающее чистыми свойствами непросто. Но это можно и нужно делать, пользуясь идеей *чистого творчества.  Кто может показать, насколько было талантливо то или иное время? Если оценивать время по критерию «значимых» событий, последствия могут быть губительными. Кажущиеся талантливыми, в свое время, вещи, своим эффектом часто направляют в пустоту. Особенно определяясь в таком количестве, в котором они производятся сейчас. Так происходит аннигиляция поколения.

Такая ситуация, не свойственна произведениям, которых никогда не видно и не слышно, не всегда понятно что происходит, и кто чем занимается, и все хорошо; если конечно сам талант и видение художника не подвели его в тот самый момент, когда нужно было принять решение, куда он хочет попасть, в вечность или же в бремя славы.

Это произошло со многими; современность не смогла расшифровать талант. Точнее, это такой человек; пока он не встанет прямо, момент влияния его творчества на других созерцателей-современников, открывшегося творчества, менее значителен, нежели, когда люди не отвергают, а стараются понять, любое явление. Именно для этого время не было упущено, источник не был погублен или утерян. Что-то одно всегда исключает другое!

Есть конечно и другие примеры, но тому скорее сопутствуют моменты определенной удачи и темперамент конкретных личностей, нежели сотворческие амбиции соплеменников, мода, дефицит модных идей, или же востребованность именно модных идей что одно и то же. Дифференциация тоже может играть такую роль, такая система ущербна и относится к негативной части деятельности человека. Когда приходит момент, и ты понимаешь, искусственность и узколобость любой, самой широкой теории о понятии «искусство», когда удается врезать свой концепт в бытность — в моменте, то это лишь доказывает степень развитости сферы, потому что у Художника нет никакого таланта, он просто умеет Жить. Учитывая веления собственного духа. 

А если это так, значит люди могут быть прогрессивными, едиными в своем видении как племя, а значит жить в ногу со Своим временем, не разрушая себя, идя на зов чуждых творцам законам определения .

Иногда на концептуальную проявку уходит не один год, даже десятилетие, хуже всего, когда время переходит поколение, родившее его, снова происходит мифологизация идеи, и теперь она лишена потенциала, не дееспособна. Но даже если и так, это время всегда отведено только на то, чтобы жить и переосмыслять, утверждается в Правильном отношении т.е. проявлять, а не восхищаться или ностальгировать.

Новый критерий, который может внести ясность, когда необходима помощь в понимании происходящего — это идея, она же концепция — не материальное произведение, а структура, формирующая время через восприятие момента — ДЕДЕРНИЗМ.

И это чисто МiРовое определение Творчества, которое гласит о том, что все самое важное скрыто в чистом, непринужденном сотворчестве, результаты которого открыты для массового восприятия нынешнего настоящего взгляда. Разочарование того, кто все так же живет в паттерном визуальном мышлении будет состоять в том, что он никогда не соприкоснется с произведениями чистого творчества живя рядом с ними и в них самих. Тем самым не обогатит собственные намерения как творца истинного способного на сотворчество в этОм Мiре.

ДЕДЕРНИЗМ2019